Ученые АлтГУ участвуют в анализе природы и характера сельхозпалов в Алтайском крае

1 ноября 2018 Управление информации и медиакоммуникаций
В сегодняшнем номере «Российской газеты» за 1 ноября опубликована статья Сергея Зюзина «Найти управу», посвященная анализу природы и характера сельхозпалов в Алтайском крае, проводимому в регионе с участием ученых Алтайского государственного университета.

Во второй декаде октября из-за сельхозпалов сгорело несколько домов и хозяйственных построек в разных районах Алтайского края. Не помогла даже заблаговременная опашка территорий вокруг населенных пунктов. Горели луга возле Камня-на-Оби и Барнаула. Можно ли бороться с этим бедствием, из года в год наносящим немалый урон?

Александр Прищепов, профессор департамента наук о земле и рационального землепользования университете Копенгагена, научный сотрудник Института степи Уральского отделения РАН и Казанского федерального университета, Алтайский край знает не понаслышке: участвовал в пятилетнем международном междисциплинарном проекте «Кулунда – как предотвратить глобальный синдром пыльных бурь?», который реализовывался на базе Алтайского госуниверситета.

По мнению ученого, в России на борьбу с сельхозпалами не особенно повлиял закон, принятый в декабре 2015 года. Он предполагает высокие штрафы, особенно для юридических лиц, но на практике применяется редко. И если эксперты Гринписа утверждают, что с введением закона ситуация изменилась, то Прищепов связывает некоторое уменьшение сельхозпалов двух последних лет с большим количеством осадков.

«В России у регионов есть своя специфика, но в целом в них превалируют либо весенние палы, либо летне-осенние, связанные с сжиганием стерни и соломы после уборки урожая, – сообщил Александр Прищепов. – Хотя есть территории, где сочетается и то, и другое. Девяносто процентов так называемых природных пожаров носит антропогенный характер. Случаются, конечно, возгорания от сухих гроз, но редко. Сухую траву и солому частенько поджигают целенаправленно. Солому иногда просто некуда девать, если нет большого поголовья скота, поэтому проще от нее избавиться, чем переработать. От тридцати до сорока процентов пожаров приходится на заброшенные земли, где скапливается масса пирогенного материала. К сожалению, в России хватает заброшенных земель: по официальной статистике пятьдесят-шестьдесят миллионов гектаров пахоты перестали использовать. Некоторые селяне пускают "красного петуха", чтобы избавиться от сухой травы и очистить полузаброшенные поля. Часто это приводит к негативным последствиям. Хотя проблема характерна для многих стран мира, пока нет четкого понимания, что делать. Но чтобы не портить легкие, не повышать уровень онкологических заболеваний, нельзя жечь траву, солому, пожнивые остатки. Ко всему прочему это оказывает негативное влияние на климат из-за выброса парниковых газов. Надо или использовать сельхозземли по назначению, или планомерно восстанавливать леса, а в Кулунде – степи...
На Алтае много сельхозпалов. Нужно проанализировать, есть ли здесь связь с уровнем развития сельского хозяйства. Сейчас мы с Еленой Понькиной из Алтайского госуниверситета работаем над созданием такой эконометрической модели. В сельскохозяйственных регионах России, например Краснодарском крае, с его высокой культурой земледелия, таких пожаров очень много».

Кстати, некоторые алтайские фермеры, объясняя нежелание переходить на прогрессивные технологии земледелия, признают, что боятся поджогов со стороны конкурентов или завистливых односельчан: это большой риск, когда поля со стерней подходят близко к производственным постройкам с техникой и складами.

На прошедшем недавно XI Алтайском региональном IT-форуме краевые власти договорились с представителями корпорации космической деятельности об открытии в регионе на базе Алтайского госуниверситета центра компетенции Роскосмоса. Это, кроме прочего, поможет с учетом и анализом сельхозпалов.

«Хорошая новость, но вызвало недоумение заявление представителя госкорпорации о том, что нет необходимости передавать получаемую со спутников информацию в регионы, – отмечает Александр Прищепов. – Объясняют это тем, что не хватает специалистов, которые могли бы квалифицированно работать с данными. Но это лишь отчасти так… На мой взгляд, в России для развития регионального дистанционного зондирования нужны инфраструктура доступа к информации, спутники для мониторинга окружающей среды, возможность обучения, исследовательские гранты для сложившихся и молодых ученых, региональные образовательные программы, как у НАСА. У нас в последнее время стало модным ругать эту организацию, но будем объективными: большинство российских публикаций по исследованию динамики землепользования сделано за счет программ НАСА с бесплатным онлайн-доступом к спутниковым данным, таким как MODIS и Landsat. Уже Китай стал обгонять нас в плане доступности информации, полученной со спутников. У нас есть Институт космических исследований РАН, но недальновидно все замыкать на одной, пусть даже сильной организации. Надо развивать региональные центры и небольшие группы, популяризовать использование спутниковых данных, сделать бесплатным доступ к ним и конечным продуктам. Например, в Дании это существенно помогло бизнесу».

Версия для печати
поделиться