Никита Казаков — студент института истории и международных отношений Алтайского государственного университета. Он мечтал поехать учиться в Китай по обмену с момента поступления, и мечта сбылась: Никита прошел сложный отбор и уехал в Ханчжоу, один из крупнейших мегаполисов страны. Там он прожил целый год, влился в местную среду и даже наметил планы на переезд после выпускного.
О том, какое впечатление на него произвели местные жители, удалось ли найти друзей, какие цены в Китае и что может удивить россиян в поездке, он рассказал NGS22.RU.
Просто увлекся каллиграфией
Любовь Никиты к китайской культуре началась еще со школьных времен. Тогда, участвуя в олимпиадах по истории, он наткнулся на интересный мастер-класс от двух студенток АлтГУ, которые обещали показать основы китайской каллиграфии. Вырисовывая иероглифы пером, парень всерьез задумался о том, что мог бы попробовать себя в чем-то совершенно новом, например в изучении китайского языка.
— Каллиграфия — один из основных художественных видов деятельности в Китае, причем с очень древних времен. Раньше, как считали местные, благородный муж был обязан не только уметь красиво складывать стихи, хорошо писать тексты и грамотно управлять страной, если это, например, чиновник, но еще и был обязан заниматься каллиграфией, осваивать это искусство. По сей день это одно из моих немногих хобби, которое напрямую связано с Китаем.
После школы он поступил на зарубежное регионоведение в Алтайский госуниверситет, но уже с первого курса знал, что у него будет возможность уехать учиться по обмену. Процедура отбора на эту программу не вызвала у Никиты особых сложностей, хотя, для того чтобы уехать в Китай, ему потребовалось доказать, что он этого достоин, своими оценками, отношением к учебе и активностью.
Одно из главных отличий систем образования, по его словам, — сроки. Если бакалавриат в Китае, как и у нас, длится четыре года, то магистратура — целых три. Более того, обучение проходит в течение всего дня, поэтому совмещать его с работой не получится: студенты встают в 8 утра и проводят за учебой весь день до вечера.
— Для китайцев очень характерна строгая система набора. Там очень жесткая конкуренция, поэтому после 11-го класса они сдают аналог нашего ЕГЭ и по его результатам уже поступают в университеты. Там есть специальные квоты на провинцию: если не удалось, то либо пробуешь поступить в другой университет здесь же, либо уезжаешь в другую провинцию — там это не так принципиально. У нас же в России всё-таки немного иная политика, направленная на сохранение ребят в опорных вузах регионов страны.
«Русские — боевая нация»
Одна из главных особенностей китайцев, как уточняет Никита, — их закрытость. В основном студенты ходят группами, поэтому чаще всего подружиться с ними достаточно трудно.
— Единственное, что может их как-то привлечь к иностранцам, — общие интересы или процесс обучения. У меня появились два хороших друга. Один из них — этнический китаец, который поступил на IT-технологии. Причем познакомились мы совершенно случайно: он проводил соцопрос, а я ему помог в этом, мы добавились в «вичат» — китайский аналог «ВКонтакте», так и заобщались. Несколько раз выходили покушать вместе — для китайцев это очень важная традиция. Вторым другом стал этнический уйгур, с ним мы пересеклись на территории в кампусе, он попросил о помощи, завязался разговор.
В Китае у Никиты случилось еще несколько удивительных знакомств. Например, он встретил китаянок-преподавательниц, которые еще в СССР также по обмену учились в Хабаровске. Поэтому, как только барнаульский студент представился, они решили поинтересоваться, как сейчас обстоят дела в России, и даже немного поговорили с ним на русском языке.
Удалось Никите побывать и в нескольких китайских деревнях: в одну из поездок его пригласила преподавательница, чтобы вместе отметить праздник весны. Там же россиянин пообщался со старшим поколением и понял, что оно с особым уважением относится к русским, поскольку всё еще помнит помощь Советского Союза, которую он оказывал Китаю после образования КНР в 1949 году.
— В Китае есть специальный термин для русского народа — «чжань-доу минь-цзу», который означает, что мы очень боевая нация. На этом явно сказались наши внешние черты, постоянная серьезность, но в целом к иностранцам в Китае отношение положительное — нет проявлений какой-то дискриминации.
Не пластиковый рис
Всего Никита посетил около десяти городов. Особые впечатления, конечно же, оставил Пекин, в котором удалось пробыть целых три дня, а также Шанхай, который по своему образу напомнил Нью-Йорк.
— Я был в разных провинциях, а также в Нанкине, который считался столицей Китая еще в двадцатых годах двадцатого века. Крупные города очень отличаются друг от друга как культурными особенностями, так и языковыми. Переезжаешь из Ханчжоу в Шанхай, и сразу меняется диалект. У пожилого поколения он тоже свой. В Китае очень много пространств, где используют цифровые технологии: 3D, искусственный интеллект, поэтому музеи там — то, что прямо стоит посетить.
Визитная карточка КНР — развитая транспортная система. Поэтому первое, что удивило Никиту, — метро. Только в Ханчжоу было порядка 10 веток, хотя строительство началось только в 2013 году. К слову, передвигаться на метро выгодно, наземный транспорт там менее удобный, чем в том же Барнауле, как уточнил Никита.
— В Барнауле ты садишься и едешь без пересадок, выбираешь удобный, пусть и долгий маршрут. Там же нет госкомпаний, а частники отвечают за перевозки по конкретным районам, поэтому, чтобы, например, добраться до центра города от учебного кампуса, мне бы потребовалось делать две пересадки.
К тратам Никита подходил прагматично, поэтому год жизни в Китае обошелся ему в 350–400 тысяч рублей — это с учетом бесплатного проживания в общежитии и оплаченных расходов на перелеты.
— Я бы сказал, что цены там не сильно отличаются от российских. Есть продукты, например фрукты, овощи, которые стоят намного дороже, чем в России, но тем не менее всё это компенсируется качеством. И причем всё на самом деле довольно вкусное. То есть вот эта байка, которая лет пять назад ходила у нас, о том, что в Китае пластиковый рис, ну совсем не соответствует действительности. Там очень строгий пищевой контроль. Что касаемо финансов, некоторые ребята и полмиллиона тратили за полгода, но если жить более экономно, то эти же 500 тысяч окажутся вполне приемлемой суммой для года жизни. В месяц с обычным моим размеренным темпом выходило 35 тысяч рублей, которые уходили на посещение каких-то культурных мест, музеев, еду.
Попробовал «лапы феникса»
За время пребывания в Китае Никита очень соскучился по русской кухне, однако сознательно решил не ограничивать себя привычной едой, а пробовать всё, что может удивить в Китае.
Острые блюда, которые так любят в Поднебесной, — один из самых сложных аспектов адаптации для иностранцев, неважно, как долго живешь там.
— Если в меню написано, что блюдо неострое, оно всё равно будет таким. Многие иностранцы не могут привыкнуть к их еде, поэтому переходят на американский фастфуд и питаются в основном только им, — объясняет Никита.
Нашему студенту повезло: он еще с детства привык к острой пище, что позволило ему попробовать те блюда, на которые обычно не решаются другие туристы.
— Больше всего мне понравились китайские пельмешки цзяоцзы. Это что-то вроде наших вареников. Чаще всего начинка из свинины, иногда с кукурузой. Это прямо мастхев, они есть в любой чифаньке, то есть кафешке, — вспоминает Никита.
Самым же необычным блюдом, которое он пробовал, стали «лапы феникса»:
— Да, название довольно поэтичное, звучит красиво, но на самом деле это куриные лапки, обжаренные в кляре. В Китае к таким субпродуктам относятся очень спокойно. К слову, мясо без кости здесь стоит куда дешевле, чем с ней. Рыбу в Китае вообще не чистят — тоже подают с костями.
Сейчас Никита завершает обучение в Алтайском госуниверситете, но активно строит планы на дальнейший переезд в Китай, чтобы поступить в тот же университет, где он провел год, а дальше продолжить обживаться в Ханчжоу или же Шанхае.